Category: философия

Category was added automatically. Read all entries about "философия".

прокурор 2

И на великого философа бывает проруха

Об опасности чрезмерного доверия к гештальтпсихологии

«Как может такой необразованный человек, как Гитлер, управлять страной?» — в растерянности спросил Ясперс у Хайдеггера, когда тот в последний раз гостил у него в доме в мае 1933 года. Хайдеггер на это ответил:

«Образование со­вершенно не важно... вы только посмотрите на его великолеп­ные руки!»



А в своем последнем интервью Хайдеггер сказал: «Только Бог сможет еще нас спасти».
прокурор 2

"Философия" в реконструктивный период

Credo большевизма
Цитатка:

«Луначарский, продолжая народные антиклерикальные традиции и опираясь на позицию философов-просветителей, придавал большое значение сатире в критике религии. Он писал, что сатирический смех «дерзок и кощунственен, и убивает ядом своих стрел».

В лекции перед студентами Московского университета, прочитанной как раз в 1925 году, Луначарский сформулировал тезис, который и послужил основой содержания нового гимна безбожников: «Если бы он (т.е. Бог) действительно существовал, и сидел на каких угодно престолах, и был бы окружен сонмом каких угодно ангелов, и гремел громами, то современный человек все равно должен был бы ему сказать: "Ты тиран, и признавать тебя я все равно не могу, так как я не раб, а свободный человек!"

Если бы такой человек сидел в раю, то он там должен был бы устроить революцию такую же, как на земле, так как в аду сидят грешники, которые попали в ад не по своей вине, а по вине бога, не сумевшего создать такой мир, в котором не было бы греха».

P. S. Ох, до чего ж просты были ребята. Хуже воров.
прокурор 2

Философия истории партии

Наш Абрам Моисеевич
Жертва сталинизма
Из воспоминаний академика А. М. Деборина (Вопросы философии, № 2, Февраль 2009)

От публикатора: После принятия Постановления ЦК ВКП(б) о журнале "Под знаменем марксизма" от 25 января 1931 г. академик А. М. Деборин был изгнан из созданного им Института философии. По личному распоряжению Сталина ему было запрещено выступать в печати по философским вопросам. На протяжении 25 лет А. М. Деборина постоянно подвергали проработкам. Только после XX съезда КПСС положение несколько изменилось. Правда, письмо А. М. Деборина на имя Н. С. Хрущёва с требованием отменить позорное Постановление ЦК результата не дало: слишком многие сделали себе карьеру в философии на погромах "меньшевиствующего идеализма".

«… Израиль Яковлевич Вайнштейн, написавший большой том под названием "Гегель. Маркс. Ленин" и ряд статей против богдановщины, помещенных в журналах "Под знаменем марксизма" и "Вестник Коммунистической академии" (1924 - 1925 гг.). Если позволено будет сказать несколько слов об этом "террористе" (по провокационному заявлению Митина), то я могу охарактеризовать Вайнштейна как святого человека, как ни странны могут показаться в моих устах такие слова.

Для этого человека ничто в мире не существовало, кроме учения марксизма-ленинизма. Он не проявлял никакой заботы о материальных интересах, вообще о чем-либо "земном", существовал для науки о социализме-коммунизме.

И этот человек исчез с земной поверхности.

Имя его мало кому известно.

Книга его была изъята из обращения, и ее найти нельзя. Впрочем, зачем нужен Вайнштейн, раз есть воплощение всей человеческой мудрости в одном лице. Остальные люди излишни, можно обойтись без них. Человек - ничтожный "винтик". А между тем, как раз в социалистическом государстве человек представляет собою по существу творца, созидателя великих ценностей».

А это об Луначарском:

«Немедленно после выхода в свет работы Луначарского "Религия и социализм" я отозвался о ней в журнале "Современный мир". С рядом блестящих статей против богоискательства и богостроительства выступил Плеханов. Ленин подверг самой суровой критике богостроительство и богоискательство в своих знаменитых письмах к Горькому. Мое скромное участие в этой борьбе выразилось в освещении и критике кантианства, эмпириокритицизма, эмпириомонизма и эмпириосимволизма с точки зрения диалектического материализма сначала на страницах журнала "Современный мир", а затем в моей книге "Введение в философию диалектического материализма"».
Как Абрама Моисеевича в распыл пустили

Главным обвинением, предъявленным Абраму Моисеевичу стало «недооценка роли Ленина как философа и, наоборот, слишком высокая оценка роли Плеханова. Дале отмечалось, что Ленин подверг критике Плеханова, а Деборин эту критику смазывает, сводя различие между Лениным и Плехановым только к различию двух эпох, двух исторических фаз в развитии революционного движения.
«Что это за две различные исторические фазы? – негодовал Милютин. - Какие исторические фазы? Ленин и Плеханов жили в основном в одну историческую полосу. В результате между содокладчиками произошел такой диалог:

Деборин. Ленин сам об этом пишет.

Милютин. Что он пишет? Что они к двум различным историческим фазам принадлежали? Вы этого нигде не найдете.

Деборин. Нет?!

Милютин. Вы этого нигде не найдете, если не будете так цитировать, как вы цитировали здесь. Здесь несомненно есть...

Деборин. Переверните страницу.

Милютин. ...смазывание роли Ленина в отношении его к Плеханову.

Деборин. Смазывание, смазывание, смазывание! Это вы смазали все!»

Окончательно добил его Миней Израилевич Губельман, он же Емельян Михайлович Ярославский, оборотившийся русопятом, поменявшим себе для благозвучия не только имя и фамилию, но даже отчество.

Миней Израилевич, не разводя церемоний, сразу зашел с бубнового туза. Он принес статью Деборина, опубликованную еще двадцать с лишним лет назад в журнале «Голос социал-демократа», когда Абрам Моисеевич был противником Ильича. Статейка называлась «Философия Маха и русская революция».

Русопят Емеля поправил очки, откашлялся и стал громко и членораздельно зачитывать: «Печать субъективизма и “волюнтаризма” лежит на всей тактике так называемого большевизма, философским выражением которого является махизм... Большевистские же стратеги, тактики с их романтическим революционным и мелкобуржуазным радикализмом, прилагают на практике теоретические принципы философского нигилизма, в основе которого лежит отрицание объективной истины и признание права за каждой личностью определять характер дозволенного и недозволенного, истинного и ложного, доброго и злого, справедливого и несправедливого».

Закончив цитирование Миней Израилевич, торжествующе обвел глазами прижавшую уши аудиторию. Эта была тишина похлеще раскатов грома.

Крыть Абраму Моисеевичу было нечем: не горели не только рукописи, но и журналы времен царя Гороха.

Последний гвоздь в гроб карьеры Абрама Моисеевича вбил чекист Мыкола Скрыпник - нарком просвещения радяньской Украины. Памятливый нарком просветил собравшихся, что,
будучи в ссылке, не раз слышал, как Деборин неоднократно выступал против большевиков.

Одним словом, «лукавый пал, пощады запросил, и в темный ад едва нашел дорогу».

Вот такие были в стране советов филозофы.
прокурор 2

Барахтаясь в пыли былого...

 Занимаясь историей как бы научных дискуссий конца 20-х - начала 30-х годов, начинаешь горько жалеть, что об них нам не рассказывалось в институтах, точнее, проговаривалось вскользь. Парой реплик.
А ведь это целая симфония. Поэма экс-таза.
В связи с этим родилось несколько лозунгов и названий брошюр, а также статей, могущих стать классическими.
Например, такие:

"Демократическая революция в Афинах и ренегат Сократ".

"Сократ и ренегат Платон".

"Диогенизм как высшая стадия сократизма".

Институт им. Антидюринга при ЦК КПСС.

О национальной гордости "идолопоклонников".

"Кризис платонизма назрел".

"Досократики должны взять власть".

"Очередные задачи пифагоейской власти".

"Крах альбигойского Интернационала".

"О детской болезни платонизма в томизме".

"Как нам реорганизовать Платоновскую Акадэмию?"

"Декрет о спинозизме".

"Декрет об отделении эпикурейства от государства".

"Борец за свободу товарищ Каутский".

"Письмо к Ареопагу".

"Крах Иммануила Канта".

"Даешь троцкизм - светлое будущее всего человечества!"

"Верной дорогой идете, товарищи атомисты!"

"Структурализм - чума ХХ века".

"Все на борьбу с экзистенциализмом!"

"Кому Фрейд не отец, тому и Троцкий не мать!"

"Нам Гераклит не указ!"

"Моральный кодекс строителя зиккурата".

"Ньютон как индуктивный осел".

"Кому жалко Бога?"

И т.д.
прокурор 2

Эпикур, Гегель и Ильич

Взялся перебирать макулатуру (на выброс). Обнаружил у себя ЭТО (со студенческих времен). Препод говорил, что  "Философские тетради" -  лаборатория мысли.
Сегодня раскрыл наугад.

Ильич читает Гегеля об Эпикуре:

ФИЛОСОФИЯ ЭПИКУРА

Запись:
Говоря об Эпикуре (342-271 до Р. Х.), Гегель сразу (до изложения взглядов) становится в боевую позицию против материализма и заявляет:

«Между тем ясно уже (!!) само собой (!!), что если истинным считать ощущаемое бытие, то тем самым вообще уничтожается необходимость понятия, все распадается без всякого спекулятивного интереса, и, наоборот, утверждается обывательский взгляд на вещи; и действительно, при этом нет никакого возвышения над точкой зрения обывательского здравого смысла, или, вернее, все снижается до уровня обывательского здравого смысла»!!

Комментарий:

Клеветы на материализм!! «Необходимость понятия» ни капли не

«уничтожается» учением об источнике познания и понятия!! Несогласие с «здравым смыслом» есть гнилая причуда идеалиста.

Учение о познании и о критерии истины Эпикур называл Kanonik*.

Изложив его кратко, Гегель пишет: «Она так проста, что не может быть ничего более простого, - она абстрактна, но и весьма тривиальна, - более или менее на уровне обычного сознания, которое начинает размышлять. Это - обычные психологические представления; они совершенно правильны. Из ощущений мы создаем себе представления как всеобщее, - благодаря этому оно становится устойчивым. Представления сами (bei der ....,Meinung**)


Комментарий:

Клеветы на материализм/

Почему??

И еще:

«Первое начало» забыто и извращено идеализмом. А диалектический материализм один связал «начало» с продолжением и концом.

P.S. Вот тебе, бабушка, и Мартин Хайдеггер с Алексеем Лосевым.
Действительно. С чего бы это Гегель взялся клеветать на материализм?

P.P.S. Говорят, Ильич сэра Айзека Ньютона как-то раз "идеалистическим ослом" обозвал. Не знаю, долее охоты рыться  в ФТ нема.

прокурор 2

Внезапное, философическое

Представил себе: сидят друг напротив друга Мартин Хайдеггер и Алексей Федорович Лосев и беседуют.
А никто ни хрена понять не может, о чем речь, ибо беседуют они  - два Олимпийца - на греческом.
Потому что даже тевтонская мова для утонченной философической беседы слаба.
прокурор 2

Окололитературные апокрифы - 68

Череп Ильича

Ильич ценил Луначарского, ибо таких мало было, как говаривал на закате дней т. В.М. Молотов по прозвищу «Каменный гость».

Луначарский тоже ценил Ленина, иначе не стал бы одновременно с писателем Иваном Буниным писать об Ильиче. Правда, написали они разное: злоязычный писатель Бунин отделался одной фразой, а т. Луначарский написал в 1919 году очерк-панегирик под титлом «Владимир Ильич Ленин».

Особенно нравился Луначарскому череп Ильича, весьма походивший, по его мнению, на череп Сократа, а тот в свою очередь - на череп поэта Поля Верлена. И даже больше на череп Верлена, чем Сократа. В свою очередь, утверждал тов. Луначарский, Верлен был необыкновенно похож на Сократа, а оба они - на Ленина.

«Строение черепа Владимира Ильича, - писал не чуждый поэзии наркомпрос, - действительно восхитительно. Нужно несколько присмотреться к нему, чтобы вместо первого впечатления простой большой лысой головы оценить эту физическую мощь, контур колоссального купола лба и заметить, я бы сказал опять-таки, физическое излучение света от его поверхности.

Collapse )

прокурор 2

"Отлезь, гнида!" (с)

Из кургинянутых:
"Вангуем кривляния на тему упомянутого Кургиняном гегелевского духа истории, но это будут исполнять только те, кто вообще не понял о чем речь. Пусть тешатся."
Что-то это мне напомнило?
Ах, вот это:

"Profani, procul ite,
Hic amoris Kurginus locus sacer est".
"Отлезь, гнида!", по-нашему.
Интересно, Гегеля они в подлиннике читывали, али в переложении тов. Дынника?
прокурор 2

Окололитературные апокрифы - 37

Блок - юрист

Саша Блок вырос в высокоинтеллигентной семье: папа – юрист, дед – ректор Санкт-Петербургского университета, а гвоздя вбить в стену не мог, не говоря уже о том, чтобы кран починить. Так и мучился поиском своего места в жизни и грезил о Прекрасной Даме.

И тогда его отдали на юрфак к дедушке в университет. Но вскоре Саша понял, что крючкотворство это не для него. Да и приятель его – присяжный поверенный из Самары Володя Ульянов – на Сашу плохо влиял: тот тоже свое место в жизни искал, потому что ни гвоздя в стену вбить не умел, ни кран починить, а все процессы проигрывал. В результате Володя плюнул на все и ушел в революцию.

Но Сашу революция не прельщала: ему духов и туманов хотелось и чтобы в ресторане до утра посидеть можно было.

Однажды поехал Саша Блок на практику в Базель и решил завернуть к философу Ницше, чтобы поговорить с ним о том, делать бы жизнь с кого, покуда тот окончательно с ума не сошел.

Заходит Блок к Ницше, а тот как закричит: «Поэты бесстыдны по отношению к своим переживаниям: они эксплуатируют их!»

И выгнал Блока прочь.

Но Саша не обиделся – «Что с больного человека, к тому же психа, взять?» И решил, что будет эксплуатировать свои переживания: писать стихи и зарабатывать тем себе на жизнь.

Надо сказать, у него это неплохо получалось.

прокурор 2

Наш вечно живой Николай Васильевич Гоголь

"...У Хомы вышел из головы последний остаток хмеля. Он только крестился да читал как попало молитвы. И в то же время слышал, как нечистая сила металась вокруг его, чуть не зацепляя его концами крыл и отвратительных хвостов. Не имел духу разглядеть он их; видел только, как во всю стену стояло какое-то огромное чудовище в своих перепутанных волосах, как в лесу; сквозь сеть волос глядели страшно два глаза, подняв немного вверх брови. Над ним держалось в воздухе что-то в виде огромного пузыря, с тысячью протянутых из середины клещей и скорпионьих жал. Черная земля висела на них клоками. Все глядели на него, искали и не могли увидеть его, окруженного таинственным кругом...


«Не гляди!» – шепнул какой-то внутренний голос философу. Не вытерпел он и глянул.

– Вот он! – закричал Вий и уставил на него железный палец. И все, сколько ни было, кинулись на философа. Бездыханный грянулся он на землю, и тут же вылетел дух из него от страха.

Раздался петуший крик. Это был уже второй крик; первый прослышали гномы. Испуганные духи бросились, кто как попало, в окна и двери, чтобы поскорее вылететь, но не тут-то было: так и остались они там, завязнувши в дверях и окнах. Вошедший священник остановился при виде такого посрамления Божьей святыни и не посмел служить панихиду в таком месте. Так навеки и осталась церковь с завязнувшими в дверях и окнах чудовищами, обросла лесом, корнями, бурьяном, диким терновником; и никто не найдет теперь к ней дороги...

– Славный был человек Хома! – сказал звонарь, когда хромой шинкарь поставил перед ним третью кружку. – Знатный был человек! А пропал ни за что.

– А я знаю, почему пропал он: оттого, что побоялся. А если бы не боялся, то бы ведьма ничего не могла с ним сделать. Нужно только, перекрестившись, плюнуть на самый хвост ей, то и ничего не будет. Я знаю уже все это. Ведь у нас в Киеве все бабы, которые сидят на майдане базаре, – все ведьмы".


Картинка по наводке папаши Мюллера уведена отсель: http://russky-narod.livejournal.com/367132.html