Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

прокурор 2

Лениниана К.С. Петрова-Водкина

Ленин читает Пушкина.
Обратите внимание на манерно изогнутую ручку.
И да: глаза черезчур широко расставлены. Хотел как лучше, а получилось "грубое искажение действительности". Нехорошо вышло. Но, думается, дегенеративность выразилась совершенно непреднамеренно.
А слабо было художнику Ильича в косоворотке или вышиванке изобразить?
Написал же Б.Кустодиев Царя в косоворотке, и очень даже замечательно получилось!
Ну да то Царь. Он все что ни наденет - все Царь.



https://foto-history.livejournal.com/13486042.html


https://foto-history.livejournal.com/13472463.html
прокурор 2

Дитя природы

У Прилепина вот это зацепило:
"Ленин — это колоссальная инерция, которая обеспечила освобождение народов мира. На тот момент количество стран было в разы меньше, чем сегодня. Мир состоял, по большому счету, из империй. И Ленин совершил единственную вещь — он обрушил, в сущности, мировой империализм.
Ленин сумел доказать, что не всё в мире решается белой Европой, англосаксами. Он доказал, что народ третьего мира — а русский народ, конечно, считался народом третьего мира, многие по-прежнему так считают — может претендовать на первенство на планете Земля, может претендовать на то, чтобы стать центром мироздания. То, что совершили русские и все народы, входящие в ареал России, — это сподвигло и Латинскую Америку, Индию, Азию, Африку. Сподвигло к колоссальному национальному освобождению, которое разрушило систему мирового империализма в течение XX века.
Это всё Ленин. По сути, в каждой стране, получившей независимость и созданной по итогам революции 1917 года, должны ставить огромные памятники Ленину, потому что именно он является основой и причиной их независимости".
И далее в прежнем духе.
https://rossaprimavera.ru/article/9333e20c

P.S. Мастер слова, мыслитель, организатор!
Нечто в партию к нему податься? Может безвозвратным кредитом одарит?

прокурор 2

Нет, это не Детгиз. Это АСТ-2003

Боярчиков. Воспоминания.
КАМЕНЕВ О ТАЙНЫХ СОБЫТИЯХ В ПАРТИИ

Ленин считал Сталина своим техническим помощником в ЦК и в силу этого не поручал ему самостоятельных ответственных заданий. Подбор кадров на посты секретарей губ-комов партии и председателей губисполкомов Ленин доверял не Сталину, а более ответственным работникам — Цюрупе и Ногину, это подтверждает тот факт, что Ленин отводил генсеку Сталину не политическую роль руководителя ЦК, а управляющего делами ЦК партии и исполнителя своих распоряжений.

У дверей комнаты в Горках, где находился больной Ленин, неожиданно поставили часовых. Это было в 1923 году. Часовым приказали никого к Ленину не пропускать без специального пропуска за подписью Сталина.

Скрытый смысл этого мероприятия заключался в том, что Ленин отныне ставился в положение изолированного и к нему прекращался допуск друзей и родных.

В это время Крупскую грубо предупредили, что, если она будет выступать в защиту Троцкого и против Сталина, вся страна будет извещена, что у Ленина якобы были две жены — Инесса Арманд и Надежда Крупская. Такую злобную клевету мог сочинить только явный враг Ленина. Этим врагом Ленина был Сталин. Он мстил Ленину за дошедшее до него окольными путями «ЗАВЕЩАНИЕ» Ленина. В нем Сталин был охарактеризован грубияном, который, воспользовавшись «необъятной властью» генсека, будет злоупотреблять ею во вред партии. И еще больше Сталин мстил Ленину за его письмо «К вопросу о национальностях или об автономизации». Ленин писал: «ТОТ ГРУЗИН, который пренебрежительно относится к этой стороне дела, пренебрежительно швыряется обвинением в «социал-национализме» тогда, когда он сам является настоящим и истинным не только «социал-националистом», но и грубым великорусским держимордой, тот грузин, в сущности, нарушает интересы пролетарской классовой солидарности».

Крупская не знала, что ей надо сделать, чтобы оградить Ленина от гнусного поругания. Ее друзья посоветовали прорваться к нему и все рассказать. Вместе с Лидией Фотиевой Крупская проникла к Владимиру Ильичу, рассказав ему о грязных деяниях этого врага. Впервые за долгую совместную жизнь с Лениным она увидела в глазах Владимира Ильича слезы.

Сообщение о подлом поведении Сталина, запугивавшего не только ее, Крупскую, но и всю партию, ранило Ленина в самое сердце. Он уже не мог исправить положение. Его дни были сочтены. Это был последний приступ, парализовавший его. Он лишен был возможности двигаться. Это было самое тяжелое испытание для деятельной натуры Ленина. Но ему еще не изменила мысль. Речь давалась ему с большим трудом. Он продиктовал Лидии Фотиевой письмо. Передаю его содержание по памяти, как это было мне сообщено тогда: «Сталину. После всего рассказанного мне Надей я считаю вас бесчестным человеком. С настоящей минуты и навсегда порываю с вами политические и личные отношения. Ленин».

Когда после смерти Ленина собрался объединенный Пленум ЦК и ЦКК, на его заседании выступил член Политбюро ЦК, парком по военным делам Троцкий, который бросил в лицо Сталину обвинение в надругательстве над больным Лениным в последние дни его жизни.

Троцкий рассказал Пленуму о предсмертном письме Ленина к Сталину (друзья Троцкого прислали ему фотокопию этого письма).

Пленум был потрясен данным сообщением и потребовал у Сталина объяснений. Но он не признался в получении письма Ленина и отклонил все обвинения, выдвинутые против нею.

Тогда послали за Крупской и Фотиевой. Они подтвердили, что такое письмо было. Только тогда Сталин вдруг вспомнил, что получал какое-то письмо от Фотиевой, но не читал его, так как обронил его где-то в коридоре...

Взрывы хохота и гнева потрясли колонны древнего Кремля, и присутствующие закричали: «Позор!» Когда крики утихли, Троцкий снова вышел на трибуну и сказал собранию, что, если Сталин хочет прочитать последнее письмо к нему Ленина, он может дать его ему прочесть по фотокопии. Разгневанный Сталин не ответил Троцкому.

прокурор 2

По-детски о главном

Боярчиков. Воспоминания

КАМЕНЕВ И МУССОЛИНИ. НОВАЯ ВСТРЕЧА

В своей последней встрече с нами на Петровке осенью 1926 года Каменев признался, что после неудачи нашей оппозиции на XV партийном съезде Сталин в виде наказания послал Льва Каменева нашим посланником в фашистскую Италию. В те годы, как известно, в Италии к власти уже пришел фашизм, а его политическим вождем был Бенито Муссолини, друг Каменева прежних лет.

Каменев и Муссолини встретились во Дворце правительства Италии. Они обнялись по-старинному и долго так стояли, вспоминая свое прошлое. Они заметили, что оба сильно поседели. Как близкие товарищи в недавнем прошлом, они взволнованно ходили по большому кабинету и говорили о годах своей юности. Когда волнение улеглось, они уселись в кресла и продолжили свой разговор о будущем всего человечества. С жестокой откровенностью Муссолини говорил о коммунизме и фашизме: «Наши с тобой дороги разошлись, однако нас объединяет общий принцип — демократический централизм. Его выдумал не Ленин и не Маркс, а итальянский иезуит Лойолла. С помощью этого принципа мы с вами, коммунистами, создадим новую структуру общества. У нас, как и у вас, господствуют одни и те же средства в достижении цели, правда, цели у нас разные...»

Бенито Муссолини приводил примеры и сравнения. В борьбе с противником он утверждал, возможны насилие, измена, вероломство... Их беседа затянулась до полуночи. Прощаясь с Каменевым, Муссолини дал ему особый пропуск на заводы, фабрики, в фашистские парторганизации и профсоюзы в целях изучения их методов господства над людьми и страной.

Два с лишним месяца Лев Каменев ходил и ездил по Италии, изучая фашистскую действительность. Партийные организации фашистов сверху донизу были сколочены по принципу демократического централизма, похожего на крепостничество и рабство в древности. Снизу доверху вся партия повиновалась высшему партийному вождю. Парламент у фашистов состоял из членов правящей фашистской партии и нескольких беспартийных итальянцев (богачей, артистов, известных всей стране ученых и писателей). Фашистская партия Италии была единственной руководящей силой в государстве, слившейся в один кулак с верховной властью в государстве.

В стране царили террор и демагогия. Фашизм в Италии монополизировал рабочее движение. Все забастовки в государстве считались уголовным преступлением. Все профсоюзы окончательно утратили свою независимость, которую имели при королевском правлении, и превратились в государственные организации. Выборность в партийных, профсоюзных и общественных организациях являлась неприкрашенным обманом итальянского народа. Настоящей выборности не было. Списки кандидатов на различные посты не предлагались снизу, а посылались сверху, что представляло собой скрытую форму назначения.

Внутреннее сходство итальянского фашизма с политической системой большевизма было удивительно бесспорным. Однако это сходство было не идейное, а структурное... Наша цель — интернациональная коммуна всего мира, созданная организационно на основе свободной демократии. Все мы искренне стремимся к этой цели с помощью всемирной революции, способной уничтожить на земле все лжеидеи, породившие причины рабства и насилия людей...

прокурор 2

Лубок

Все тот же Боярчиков

КАМЕНЕВ И РЕВОЛЮЦИЯ. ДРУЖБА С МУССОЛИНИ
Теперь нечасто встретишь в нашем обществе такого убежденного и просвещенного борца за революцию, каким был Лев Борисович Каменев в начале своей жизни. Пламенный революционер, влюбленный в идеи равенства, свободы, братства, он всю свою жизнь стремился к этим идеалам. В 1905 году его мечты были, расстреляны в Москве на баррикадах Красной Пресни. Он был вынужден совместно со многими другими русскими бежать в Италию.
Тогдашняя Италия и Рим очаровали русского революционера прогрессивными идеями XX столетия и либеральной конституцией, которая давала право итальянскому народу на легальное существование в стране различных политических партий. Восхищенные свободой эмигранты из России включились в непривычный ритм жизни чужого государства и направили свое существование по новому руслу.

Однажды в городском саду на митинге Лев Каменев случайно встретился со студентом столичного колледжа, пламенным оратором, Бенито Муссолини. Юноши понравились друг другу и сошлись характерами. Их политическая дружба длилась много лет. Судьба не баловала их, им приходилось голодать, бедствовать, но без уныния несли они свой крест сподвижников всемирного социализма. Подключившись к агитации социалистических идей в рабочих и крестьянских массах, юноши нередко в непогоду ночевали в сельской местности под деревянным мостом или под густой кроной дерева. Так для Льва Каменева шли годы в повседневной пропаганде социалистических идей вдали от милой родины — России. Однажды его юный друг Бенито заявил, что он до боли в сердце любит свою родину Италию и не желает больше оставаться социалистом-интернационалистом. А незадолго до этого Муссолини на Всемирной конференции II Социалистического Интернационала выступал с горячей критикой его программы. Присутствовавший на этом съезде В.И. Ленин заявил пророчески тогда, что Муссолини рано или поздно отойдет от социализма. И действительно, в начале Первой мировой войны многие социалисты европейских стран ушли из Социнтерна и примкнули к национальному социализму. Среди них был и Бенито Муссолини. Политические взгляды Муссолини и Каменева разошлись тогда диаметрально, и они расстались.
прокурор 2

О Горьком и Муссолини (апокрифическое)

Возвращенец Горький
Когда бывший босяк писатель Максим Горький проживал у себя на острове Капри, к нему на виллу частенько наведывался вождь-предводитель итальянских босяков Бенито Муссолини.
Как-то раз дуче предложил Горькому стать великим фашистским писателем.
Горький впал в задумчивость, ибо срок вида на жительство, выданный ему королем Виктором-Эммануилом, истекал.
Зная о легком дыхании дуче к писателю, Кремль периодически засылал к Горькому гонцов, приглашавших его поселиться в Крыму за счет диктатуры пролетариата в элитном пансионате ОГПУ.
Горький взвешивал предлагаемые ему условия и тянул с ответом, надеясь, что ситуация рассосется сама собой. Но она все никак не рассасывалась, а лишь усугублялась.
В ходе очередного разговора с дуче Горький решил прозондировать почву:
– Основоположником метода фашистского реализма меня объявишь? – спросил не мигая Горький, доставая из широких штанин свои «Сказки об Италии».
– С Данте и Петраркой посоветоваться надо бы, – ответил дуче. – И с Гоголем. Бенито был переговорщик не промах.
– Ударный авианосец моим именем назовешь? – продолжал Горький.
– Авианосец утопить могут. Даже если он ударный, – ответил, не моргнув глазом, дуче. – Что тогда люди скажут? «Утоп ударник “Горький”»?
– Милан в «Горький» переименуешь? – не унимался певец свинцовых мерзостей русской жизни.
– С народом посоветоваться надо, референдум провести, – лукавил дуче. – Ты же этих баб знаешь. Они за бренд «Мода из Милана» любого диктатора в клочья порвут. При этом дуче перевел взгляд на брюки классика, в которые влез бы добрый астраханский арбуз.
– Зато я могу переименовать в «Горький» Палермо! – хохотнул весельчак Муссолини, только что побросавший в свои фашистские застенки крестных отцов, бригадиров и шестерок мафии.
Перспектива стать кровником «сицилийских» Горькому не улыбалась.
– Тогда хотя бы районный парк культуры и отдыха? – классик дал волю своему сарказму.
– Могу назвать твоим именем свою личную библиотеку! – с пафосом заявил Муссолини, никаких книг в доме не державший.
В результате из Италии Горький эмигрировал в СССР. В Москве его встретили, словно героя-челюскинца и окружили заботой чекистов. А чтобы писатель не тосковал по своей Италии и Симплонскому туннелю, товарищ Сталин подарил ему приемник "Телефункен" с наушниками, по которому классик мог беспрепятственно слушать дружеский голос радиостанции имени Коминтерна.
прокурор 2

Страсти по босяку

Горький - Б. Муссолини
6 октября 1925, Сорренто
Господин Министр,
Как я Вам телеграфировал 3 октября, мною Вам было отправлено 17 сентября заказное письмо следующего содержания: В ночь с 16 на 17 сентября на моей квартире в комнате баронессы Марии Будберг, гражданки Эстонии и моей секретарши в течение последних 5 лет, полиция произвела обыск.
Поскольку итальянской полиции доподлинно известно, что баронесса Будберг никогда не занималась политикой, я должен заключить, что этот обыск был направлен против меня, ибо вся моя зарубежная корреспонденция доверена мною секретарше.
24 сентября баронесса Будберг выехала в Берлин, чтобы присутствовать при операции своего сына.
В Бреннеро ее задержали и изъяли у нее все бумаги, среди которых были и мои деловые письма и одна моя рукопись.
Позвольте еще раз уверить Вас, что Мария Будберг совершенно чужда политики, как, впрочем, не занимаются ею и все другие живущие со мною лица.
Вы можете мне поверить. Я занимаюсь здесь исключительно литературной работой. Для этого я и приехал в Италию, где я всегда мог работать спокойно.
Я болен и нуждаюсь в покое.
Если Ваша полиция находит мое пребывание в Италии нежелательным, прошу Вас откровенно и прямо сообщить мне об этом, и я тотчас же перееду на юг Франции.
Прошу Вас срочно мне ответить.
Сейчас моя секретарша должна вернуться в Сорренто, и я прошу Вас распорядиться, чтобы она смогла вновь беспрепятственно пересечь границу, т.к. она везет бумаги и рукописи, очень для меня важные.
Я обращаюсь к Вам частным письмом, чтобы воспрепятствовать вмешательству газет в это дело.
С сердечным приветом.
Максим Горький
9 октября (через три дня) Горький пишет в Москву начальнику от советской литературы П.Керженцеву:

Ответа на письмо (к Муссолини) не получил. Послал телеграмму, но и она осталась без ответа. Написал еще письмо - мне его возвратили
Такое отношение ко мне, русскому литератору, я считаю грубым и не заслуженным мною.
прокурор 2

Неоконченная пьеса для механического босяка

Письмо классика дальнему родственнику

Горький – Ягоде
2 ноября 1930, Сорренто
Дорогой Генрих Георгиевич!*
<   >
Рад узнать, что Вы - в добром здоровье и что В.Р. Менжинский тоже поздоровел. Пожалуйста, передайте ему мой горячий привет, такой же и всем другим товарищам из Г.П.У. Не знаю, уместно ли поздравить Вас, тт., с новой и огромнейшей заслугой пред партией и рабочим классом, я говорю, конечно, об исторической заслуге вскрытия вами еще одного гнойника в дряблом теле “умников”.
Вместе с ненавистью к ним возбуждается и гордость вашей работой, и радость тем, что у рабочего класса есть такой зоркий, верный страж его жизни, его интересов.
<   >
Очень хотелось бы мне приехать на суд, посмотреть на рожи бывших людей, послушать их речи, но боюсь, не хватит сил, да и времени нет, - много работы.
Пьесу о “вредителе” - бросил писать, не хватает материала, вредитель выходит у меня ничтожнее того, каков он в действительности.
Весною, в Москве, буду просить у Вас материалов.
прокурор 2

Коронавирус образца 1930 года

Коронавирус образца 1930 года, или о любви великого пролетарского к членам Политбюро, включая тех, что станут врагами народа

Н.И. БУХАРИНУ
10 мая 1930, Сорренто
Дорогой Николай Иванович - слышал, что у Вас - грипп и что Вы лечитесь книгами Дюма-отца. Не нравится мне это - и грипп, и Дюма, ибо первый - опасен, второй же предрасполагает к героическим поступкам. <   >
И – захотелось ехать к вам. Зачем Вы хвораете? Скучно это и обидно.
Выздоравливайте, дорогой друг, и приезжайте сюда писать этюды. Идет?
Обнимаю Вас крепко.
А. Пешков
Спасибо Вам за Ваше милое письмо, товарищ!

А.И. РЫКОВУ
10 мая 1930, Сорренто
Дорогой Алексей Иванович.
<   >
Приехал Крючков и говорит, что видел Вас в постели и будто Вы питаетесь белоэмигрантской прессой. Крутоват уклончик!
А преподобный Николай Бухарин Дюма лежа читает, это – для подъема духа, что ли?
Много рассказывает Крючков такого, что весьма волнует и возбуждает желание поехать сейчас же к вам, посмотреть на вас, пожать вам лапы. Люди вы поистине дорогие, и - уж извините! - очень люблю Вас и удивляюсь вам и - вообще. Очень хочется к вам.
<   >
Сердечный привет. И супруге. Записку пересуньте Николаю Ивановичу.
А. Пешков