March 10th, 2015

прокурор 2

Трудно что-либо возразить

Модест Колеров. Ленинско-сталинская Украина должна быть разделена

www.regnum.ru/news/polit/1903257.html
Наибольшая часть территории современной Украины — результат коммунистического эксперимента и создана Лениным и Сталиным. Ленин, по следам кабинетных украинских националистов, эфемерных украинских кабинетов, германских оккупантов и галицийских вивисекторов, нарисовал советскую Украину по картам этнографических ухищрений, в которых южнорусские говоры и говоры русско-украинского пограничья, русско-еврейско-польские города — были отнесены к украинству и присоединены к украинскому селянству. И добавил к нему ещё немного донбасского русского пролетариата. Сталин и Каганович в 1920-е годы при помощи всё тех же националистов совершили «украинизацию», то есть принудительную ассимиляцию того интернационального населения, что оказалось включенным в Украинскую ССР.

Collapse )


P.S. 8-мартовское, запоздалое.
Что писала Розочка Люксембург об Ильиче и его проекте "украина":


«Украинский национализм в России был совсем иным, чем, скажем, чешский, польский или финский, не более чем просто причудой, кривляньем нескольких десятков мел­кобуржуазных интеллигентов, без каких-либо корней в эко­номике, политике или духовной сфере страны, без всякой исторической традиции, ибо Украина никогда не была ни нацией, ни государством, без всякой национальной культу­ры, если не считать реакционно-романтических стихотво­рений Шевченко. Буквально так, как если бы в одно пре­красное утро жители «Ватерканте» (побережье Северного моря, где население говорило на нижненемецком диа­лекте.) вслед за Фрицем Рейтером (писателем, пи­савшем на том же диалекте.) захотели бы образо­вать новую нижненемецкую нацию и основать самостоя­тельное государство! И такую смехотворную шутку нескольких университетских профессоров и студентов Ле­нин и его товарищи раздули искусственно в политичес­кий фактор своей доктринерской агитацией за «право на самоопределение вплоть» и т.д. Первоначальной шутке они придали значимость, пока эта шутка не превратилась в самую серьезную реальность, впрочем, не в серьезное национальное движение, которое, как и прежде, не имеет корней, но в вывеску и знамя для собирания сил контр­революции! Из этого пустого яйца в Бресте вылезли гер­манские штыки».

прокурор 2

Украинизация. Эпизоды.

Рассказывает Лидия Новгородцева, жена известного ученого П.И. Новгородцева. В конце Гражданской войны она оказалась в Полтаве, где работала учительницей женской гимназии. После разгрома деникинцев и прочного установления в городе Советской власти в гимназию пришел приказ ук­раинизироваться:
«Родительский комитет высказался единогласно про­тив украинизации. Члены комитета указали между про­чим на то, что они считают русский язык своим и что даже нет учебников, написанных на «украинском» языке. Вскоре был получен вторичный приказ украинизировать школу и был прислан ящик с учебниками, напечатанны­ми в Австрии для галицких школ. Большевистское на­чальство даже не удосужилось вырвать из учебников пор­треты «найяснииаго пана щсаря» Франца-Иосифа. Чле­ны родительского комитета заявили, что они своих детей в такую школу посылать не будут и объявили бойкот гим­назии. За это они были арестованы ЧК».
Дальнейшая судьба арестованных родителей неизвестна, зато известно, что вопрос об украинских учебниках был положительно решен на самом высоком уровне пра­вящей коммунистической верхушки. В октябре 1921 г. советское правительство выделило 500 тысяч рублей золотом на печатание за гра­ницей украинских учебников. Позднее по личному ука­занию Ленина на эти цели было выделено еще 250 тысяч золотых рублей.
прокурор 2

Украинизация. Эпизоды-2

Как говаривал некогда гоголевский почтмейстер Иван Кузьмич Шпекин, - любитель самочинных перлюстраций, - "смерть люблю узнать, что есть нового на свете. Я вам скажу, что это преинтересное чтение. Иное письмо с наслажденьем прочтешь — так описываются разные пассажи… а назидательность какая… лучше, чем в «Московских ведомостях»!
А посему предлагаю вашему вниманию письмо то. Сталина тов. Кагановичу
ТОВ. КАГАНОВИЧУ
И ДРУГИМ ЧЛЕНАМ ПБ ЦК КП(б)У

http://petrograd.biz/stalin/8-6.php

Имел беседу с Шуйским. Беседа была длительная, продолжалась часа два с лишним. Вы знаете, что он не доволен положением на Украине. Мотивы его недовольства можно свести к двум основным пунктам.
1. Он считает, что украинизация идёт туго, на украинизацию смотрят, как на повинность, которую выполняют нехотя, выполняют с большой оттяжкой. Он считает, что рост украинской культуры и украинской интеллигенции идёт быстрым темпом, что ежели мы не возьмём в руки этого движения, оно может пойти мимо нас. Он считает, что во главе этого движения должны стать такие люди, которые верят в дело украинской культуры, которые знают и хотят знать эту культуру, которые поддерживают и могут поддерживать нарастающее движение за украинскую культуру. Он особенно не доволен поведением партийной и профсоюзной верхушки на Украине, тормозящей, по его мнению, украинизацию. Он думает, что один из основных грехов партийно-профсоюзной верхушки состоит в том, что она не привлекает к руководству партийной и профсоюзной работой коммунистов, непосредственно связанных с украинской культурой. Он думает, что украинизацию надо провести прежде всего в рядах партии и среди пролетариата.
2. Он думает, что для исправления этих недочётов необходимо прежде всего изменить состав партийной и советской верхушки под углом зрения украинизации, что только при этом условии можно будет создать перелом в кадрах наших работников на Украине в сторону украинизации. Он предлагает выдвинуть на пост Председателя Совнаркома Гринько, на пост Политсекретаря ЦК КП(б)У - Чубаря, улучшить состав Секретариата и Политбюро и т. д. Он думает, что без таких или подобных изменений ему, Шумскому, невозможно будет работать на Украине. Он говорит, что если ЦК настаивает, он готов вернуться на Украину даже при оставлении без изменений нынешних условий работы, но он убеждён, что из этого ничего не выйдет. Он особенно не доволен работой Кагановича. Он считает, что Кагановичу удалось поставить организационно-партийную работу, но он думает, что преобладание организационных методов в работе тов. Кагановича делает невозможной нормальную работу. Он уверяет, что результаты организационного нажима в работе тов. Кагановича, результаты метода оттирания высших советских учреждений и руководителей этих учреждений - скажутся в ближайшем будущем, причём он не ручается, что эти результаты не получат формы серьёзного конфликта. Моё мнение на этот счёт.
1. В заявлениях Шумского по пункту первому есть некоторые верные мысли. Верно, что широкое движение за украинскую культуру и украинскую общественность началось и растёт на Украине. Верно, что отдавать это движение в руки чуждых нам элементов нельзя ни в каком случае. Верно, что целый ряд коммунистов на Украине не понимает смысла и значения этого движения и потому не принимает мер для овладения им. Верно, что нужно произвести перелом в кадрах наших партийных и советских работников, всё еще проникнутых духом иронии и скептицизма в вопросе об украинской культуре и украинской общественности. Верно, что надо тщательно подбирать и создавать кадры людей, способных овладеть новым движением на Украине. Всё это верно. Но Шумский допускает при этом, по крайней мере, две серьезных ошибки.
Во-первых. Он смешивает украинизацию наших партийного и иных аппаратов с украинизацией пролетариата. Можно и нужно украинизировать, соблюдая при этом известный темп, наши партийный, государственный и иные аппараты, обслуживающие население. Но нельзя украинизировать сверху пролетариат. Нельзя заставить русские рабочие массы отказаться от русского языка и русской культуры и признать своей культурой и своим языком украинский. Это противоречит принципу свободного развития национальностей. Это была бы не национальная свобода, а своеобразная форма национального гнёта. Несомненно, что состав украинского пролетариата будет меняться по мере промышленного развития Украины, по мере притока в промышленность из окрестных деревень украинских рабочих. Несомненно, что состав украинского пролетариата будет украинизироваться, так же как состав пролетариата, скажем, в Латвии и Венгрии, имевший одно время немецкий характер, стал потом латышизироваться и мадьяризироваться. Но это процесс длительный, стихийный, естественный. Пытаться заменить этот стихийный процесс насильственной украинизацией пролетариата сверху- значит проводить утопическую и вредную политику, способную вызвать в неукраинских слоях пролетариата на Украине антиукраинский шовинизм. Мне кажется, что Шумский неправильно понимает украинизацию и не считается с этой последней опасностью.
Во-вторых. Совершенно правильно подчёркивая положительный характер нового движения на Украине за украинскую культуру и общественность, Шумский не видит, однако, теневых сторон этого движения. Шумский не видит, что при слабости коренных коммунистических кадров на Украине это движение, возглавляемое сплошь и рядом некоммунистической интеллигенцией, может принять местами характер борьбы за отчужденность украинской культуры и украинской общественности от культуры и общественности общесоветской, характер борьбы против "Москвы" вообще, против русских вообще, против русской культуры и ее высшего достижения - ленинизма. Я не буду доказывать, что такая опасность становится всё более и более реальной на Украине. Я хотел бы только сказать, что от таких дефектов не свободны даже некоторые украинские коммунисты. Я имею в виду такой, всем известный факт, как статью известного коммуниста Хвилевого в украинской печати. Требования Хвилевого о "немедленной деруссификации пролетариата" на Украине, его мнение о том, что "от русской литературы, от её стиля украинская поэзия должна убегать как можно скорее", его заявление о том, что "идеи пролетариата нам известны и без московского искусства", его увлечение какой-то мессианской ролью украинской "молодой" интеллигенции, его смешная и немарксистская попытка оторвать культуру от политики, - всё это и многое подобное в устах украинского коммуниста звучит теперь (не может не звучать!) более чем странно. В то время как западноевропейские пролетарии и их коммунистические партии полны симпатий к "Москве", к этой цитадели международного революционного движения и ленинизма, в то время как западноевропейские пролетарии с восхищением смотрят на знамя, развевающееся в Москве, украинский коммунист Хвилевой не имеет сказать в пользу "Москвы" ничего другого, кроме как призвать украинских деятелей бежать от "Москвы" "как можно скорее". И это называется интернационализмом! Что сказать о других украинских интеллигентах некоммунистического лагеря, если коммунисты начинают говорить, и не только говорить, но и писать в нашей советской печати языком Хвилевого? Шумский не понимает, что овладеть новым движением на Украине за украинскую культуру возможно лишь борясь с крайностями Хвилевого в рядах коммунистов. Шумский не понимает, что только в борьбе с такими крайностями можно превратить подымающуюся украинскую культуру и украинскую общественность в культуру и общественность советскую.
2. Прав Шумский, утверждая, что руководящая верхушка на Украине (партийная и иная) должна стать украинской. Но он ошибается в темпе. А это теперь главное. Он забывает, что чисто украинских марксистских кадров не хватает пока для этого дела. Он забывает, что такие кадры нельзя создавать искусственно. Он забывает, что такие кадры могут вырастать лишь в ходе работы, что для этого необходимо время... Что значит выдвинуть теперь Гринько на пост Председателя Совнаркома? Как могут расценить это дело партия в целом и партийные кадры в особенности? Не поймут ли это так, что мы держим курс на снижение удельного веса Совнаркома? Ибо нельзя же скрыть от партии, что партийный и революционный стаж Гринько много ниже партийного и революционного стажа Чубаря. Можем ли мы теперь, в настоящую полосу оживления Советов и подъёма удельного веса советских органов, пойти на такой шаг? Не лучше ли будет, и в интересах дела, и в интересах Гринько, отказаться пока что от подобных планов? Я за то, чтобы состав Секретариата и Политбюро ЦК КП(б)У, а также советскую верхушку усилить украинскими элементами. Но нельзя же изображать дело так, что в руководящих органах партии и Советов не имеется будто бы украинцев. А Скрыпник и Затонский, Чубарь и Петровский, Гринько и Шумский, разве они не украинцы? Ошибка Шумского состоит тут в том, что, имея правильную перспективу, он не считается с темпом. А темп теперь главное.
С ком. приветом
И. Сталин
26. IV. 1926 г.
Печатается в полном виде впервые
P.S. Писано сие в разгар «украинизации», когда «Украину» уже создали, а «украинцев» еще только предстояло создать. И квази-государство с титульной нацией и «мовой» таки было создано!
Тов. Сталин здесь выступает вполне «умеренным» украинизатором, хотя особых и каких-то экстраординарных тревог по поводу направляемого Кремлем процесса еще не ощущается. Но да. Симптомчики уже «на лице». Спустя годы А.Микоян скажет, что у Сталина было «два кошмара»: украинский национализм и «ленинградское дело». Но это было уже «потом».
Показательно и признание того, что номенклатура на местах на украинизацию смотрели как на очередную блажь и дурь Центра. Понятное дело, что людей никто не спрашивал и спрашивать не собирался, но права пользоваться родным русским языком лишали.
За пределами письма осталимь и оргмероприятия по созданию украинского языка, на котором никто не мог писать, но на который партия требовала срочно перевести ВСЕ делопроизводство.
Кстати, если бы Иван Иванович Перерепенко дожил до сих лучезарных дней, то иск о защите чести и достоинства от посягательств на оные Ивана Никифоровича Довгочхуна он должен был бы подавать на мове, писать на которой явно не умел, поелику в «мове», ставшей одномоментно «державной», отсутствовали правила грамматики, орфографии и синтаксиса, а также соответствующие слова и термины. А на "собачьей мове" его иск суд г. Миргорода не принял бы.
Позднее ряд «ученых» украинизаторов был обвинен в том, что те насильно насаждали «полонизмы», «чехизмы» и «словакизмы» в «украинском языке», сознательно отдаляя «мову» от русского языка и устраняя из нее близкие по звучанию русские слова. Самое смешное, что так оно и было. И участь горе-ученых была горька.
Не будем забывать, что параллельно «прорабатывался вопрос» о переводе русского языка с кириллицы на латиницу. Не исключено, что навязываемая сверху «мовизация» весьма способствовала пресечению этого процесса: перевода «мовы» на латиницу «кремлевская братва» уже не потянула бы, да и выписанный ею из Галиции «буржуазный националист» проф. Грушевский (каковым он был объявлен позднее) стал бы решительно возражать.
Но это тема отдельного разговора.
Любопытна и судьба тов. Шумского – упертого хохла и махрового «украинизатора». В конце концов, ему определили срок и отправили в Соловки. Однако по болезни выпустили в Саратов в ссылку. Там он не унялся и принялся шантажировать товарища Сталина угрозой самоубийства. Вам это ничего и никого не напоминает?
После войны тов. Шумский (иногда пишут "Шуйский") снюхался с хохлоэмигрантами и вступил с ними в переписку, возмечтав о бегстве, после чего сотрудники лаборатории небезызвестного проф. Майрановского сделали буйному тов. Шумскому обезболивающий укол. Об этом поведал в своих мемориях генерал П.Судоплатов.
прокурор 2

Украинизация. Эпизоды - 3

Ленино-фанам на заметку
21 сентяб­ря 1920 г. Совнарком УССР принял постановление о вве­дении украинского «языка» в школах и советских учреж­дениях республики. Постановление особо настаивало на «изучении» его во всех «учреждениях по подготовке ра­ботников просвещения». Государственному издательству вменялось в обязанность «озаботиться изданием... доста­точного количества учебных пособий на украинском язы­ке, равно как художественной литературы и всех прочих изданий», популярной и пропагандистской литературы. Исполкомы в обязательном порядке должны были изда­вать в каждом губернском городе «не менее одной укра­инской газеты». Во всех губернских и уездных городах должны были создаваться вечерние школы для обучения украинскому языку советских служащих.
В приказном порядке украинизировались пресса, изда­тельская деятельность, радио, кино, театры, концертные организации. Украинизация прессы достигла в 1930 г. 68,8%, а в 1932 г. эта цифра поднялась до 87,5%.
К 1930 г. осталось только три крупные газеты на русском языке (в Одессе, Донецке и Мариуполе). Борьба с газетами на русском языке достигла такого накала, что на Украине ограничили распространение даже центральных газет, в том числе главного печатного органа ВКП(б) — газеты «Правда».

Collapse )